Карташов С.Н.,
Северо-Кавказский зональный научно-исследовательский ветеринарный институт

Цирковирусная инфекция - это новое инфекционное заболевания, в последнее время получившее широкое распространение в хозяйствах Ростовской области. Клинически заболевание чаще всего проявляется синдром мультисистемного истощения.

Цирковирусная инфекция свиней, впервые описанная в Канаде в 1991 г, во многих странах мира с развитым свиноводством причиняет ощутимый экономический ущерб. Существует два типа вируса PCV-1 и PCV-2. Цирковирус типа 2 вызывает у свиней синдром мультисистемного истощения. Однако болезнь проявляется в том случае, когда цирковирус действует совместно с другими возбудителями или патогенными факторами. Синдром мультисистемного истощения наиболее часто наблюдается у поросят в возрасте 5-18 недель [1,4]. Заболевшие поросята теряют в весе, становятся слабыми и худыми.

Клинически болезнь может проявляться как пневмониями, так и диареями. Но, несмотря на хорошие условия содержания и антибиотикотерапию, поросята все равно теряют в весе.

Известно, что при цирковирусной инфекции происходит поражение тонкого отдела кишечника, что в дальнейшем приводит к развитию синдрома мультисистемного истощения, сопровождающегося диареей [4]. В доступной литературе мы не нашли данных о структурно- клеточных преобразованиях в тонком отделе кишечника, и это послужило отправным моментом нашего исследования.

Цель исследования: провести патоморфологическое исследование тонкого отдела кишечника при цирковирусной инфекции свиней. Все животных были в возрасте от 2 до 3 месяцев.

Материалы и методы: объектом исследования служили секционно взятые участки тонкого отдела кишечника.

Для решения поставленных задач нами было обследовано 284 свиньи с диагнозом синдром послеотъемного мультисистемного истощения, который был поставлен методом выделения ДНК PCV-2 в ПЦР. Все животные были подвергнуты эвтаназии или посмертному патологоанатомическому вскрытию с последующим морфологическим исследованием тонкого кишечника.

Всех животных разделили на 4 группы. У животных первой группы, несмотря на выделение ДНК PCV-2 методом ПЦР, патологоанатомических изменений не обнаруживалось, и синдром мультисистемного истощения не наблюдался.

У животных второй группы заболевание протекало субклинически. Субклиническое течение болезни было определено у больных поросят после эвтаназии. При этом симптомы болезни отсутствовали, но в тонком отделе кишечника отмечались изменения.

Легкое течение заболевания характеризовалось лишь более низкой живой массой и привесами. У некоторых животных отмечались периодические диареи, хотя свиньи охотно принимали корм и оставались достаточно подвижными. Патологоанатомические изменения определяли после эвтаназии.

В группе животных с тяжелым течением заболевания исследовались поросята, умершие перед запланированной датой эвтаназии, или находившиеся в предсмертном состоянии, с выраженным синдромом послеотъемного мультисистемного истощения.

Из образцов тонкого кишечника, фиксированных в формалине и заключенных в парафин, изготовляли серийные срезы толщиной 4 мкм с последующей окраской. Окраску препаратов производили двумя методами: 1) гематоксилин-эозином и 2) по Ван-Гизону (окраска на коллаген), после чего осуществляли морфометрическое исследование. Обработку изображений и подсчет отдельных структур производили с помощью специальной компьютерной программы Image-Pro Plus version 3.0 for Windows. С помощью данной методики оценивали следующие признаки: 1) относительная площадь коллагена, 2) расстояние от базальной мембраны эпителиоцитов до стенки капилляра, 3) атрофия ворсинок (высота и ширина), 4) расстояние от базальной мембраны капилляра до мышечного волокна.

Результаты исследования. На секции при макроскопическом исследовании отмечается увеличение всех брыжеечных лимфатических узлов и складчатости тонкого отдела кишечника (рис. 1). У свиней больных тяжелой формой синдрома послеотъемного мультисистемного истощения по сравнению с контрольной группой значительно увеличена площадь, занимаемая эластическими и коллагеновыми волокнами, которые диффузно пронизывают слизистую оболочку тонкой кишки и имеют более грубую структуру (рис. 2, 3, 4, 5).

Если в контроле относительная площадь коллагена составила 11,31 ±1,35%, то у свиней больных с тяжелой формой синдрома послеотъемного мультисистемного истощения эта величина достигает 26,54±4,20% (р=0,05), что говорит о выраженных склеротических процессах в стенке тонкой кишки [1,2]. При синдроме послеотъемного мультисистемного истощения с легким клиническим течением площадь коллагена также несколько выше, чем в контроле, и составляет 17,97±3,10% (р=0,05).

За счет выраженной коллагенизации слизистой оболочки расстояние между стенкой кишки и капиллярами увеличилось, что, несомненно, ведет к нарушению всасывания. В контрольных биоптатах это расстояние составило 7,1±0,35 мкм, у больных свиней с синдром послеотъемного мультисистемного истощения тяжелая клиническая форма - 17,32±1,28 мкм (р=0,05). При синдроме послеотъемного мультисистемного истощения с легким клиническим течением существенного увеличения выявлено не было - 10,2±0,8 мкм (р<0,05).

Рис. 1. Макрокартина кишечника, синдром послеотъемного мультисистемного истощения

Макрокартина кишечника, синдром послеотъемного мультисистемного истощения

Рисунок 2. Слизистая оболочка тонкой кишки (контроль), серебрение, об. 40, ок 10.

Слизистая оболочка тонкой кишки (контроль), серебрение, об. 40, ок 10.

Рисунок 3. Слизистая оболочка тонкой кишки синдром послеотъемного мультисистемного истощения, серебрение, об. 40, ок 10.

Слизистая оболочка тонкой кишки синдром послеотъемного мультисистемного истощения, серебрение, об. 40, ок 10.

Рисунок 4. Слизистая оболочка тонкой кишки (контроль), об. 40, ок 10. Окраска по Массону

Слизистая оболочка тонкой кишки (контроль), об. 40, ок 10. Окраска по Массону

Рисунок 5. Слизистая оболочка тонкой кишки синдром послеотъемного мультисистемного истощения, резкое увеличение коллагеновых волокон, об. 40, ок 10. Окраска по Массону

Слизистая оболочка тонкой кишки синдром послеотъемного мультисистемного истощения, резкое увеличение коллагеновых волокон, об. 40, ок 10. Окраска по Массону

Рисунок 6. Ворсинки тонкой кишки (контроль). Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Ворсинки тонкой кишки (контроль). Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Рисунок 7. Утолщение ворсинок тонкой кишки, синдром послеотъемного мультисистемного истощения. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Утолщение ворсинок тонкой кишки, синдром послеотъемного мультисистемного истощения. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Рисунок 8. Ворсинка тонкой кишки, расстояние от эпителиоцитов до сосудов (контроль). Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Ворсинка тонкой кишки, расстояние от эпителиоцитов до сосудов (контроль). Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Рисунок 9. Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, кишки, расстояние от эпителиоцитов до сосудов увеличено Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, кишки, расстояние от эпителиоцитов до сосудов увеличено Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Рисунок 10. Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, инфильтрат из эозинофилов, фибробластов и лимфоцитов. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, инфильтрат из эозинофилов, фибробластов и лимфоцитов. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Рисунок 11. Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, дегенерация и некроз эпителиоцитов. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, дегенерация и некроз эпителиоцитов. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Рисунок 12. Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, инфильтрат из лимфоцитов. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, инфильтрат из лимфоцитов. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Рисунок 13. Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, гранулема. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Синдром послеотъемного мультисистемного истощения, гранулема. Окраска гематоксилин-эозин, об. 10, ок 10.

Уменьшение средней длины и увеличение ширины ворсинок у свиней больных синдромом послеотъемного мультисистемного истощения свидетельствует об атрофических процессах (рис. 6, 7) в слизистой тонкой кишки [3,4]. Наибольшие изменения выявлены у больных с тяжелым клиническим течением. Средняя длина ворсинок в группе контроля составила 299,1 ±11,4 мкм, ширина - 55,3±4,4 мкм, а при синдроме послеотъемного мультисистемного истощения с тяжелым течением - 178,6±13,1 мкм и 135,6±2,4 мкм соответственно (р=0,05). В группе с синдром послеотъемного мультисистемного истощения с легким клиническим течением существенных изменений не обнаружено: средняя длина составила 271,6±21,1 мкм, а ширина - 98,9±5,6 мкм (р=0,05). Таким образом, нами выявлено, что морфологические изменения выявляются уже на ранних стадиях синдрома послеотъемного мультисистемного истощения, однако наибольшие изменения наблюдали при тяжелом клиническом течении данного заболевания.

Относительная площадь коллагена у свиней больных синдромом послеотъемного мультисистемного истощения с тяжелым клиническим течением превышала контрольные значения в 2,4 раза, а длина ворсинок и, следовательно, всасывательная поверхность была меньше в 1,9 раза. Важно отметить, что максимальные изменения были зарегистрированы в группе больных животных с низкими значениями живой массы тела.

У свиней больных синдромом послеотъемного мультисистемного истощения отмечено увеличение потерь жира с калом, которое коррелировало с тяжестью синдрома. Нарушалось всасывание и свободных и общих жирных кислот. Показатели потерь жира наиболее выражены у свиней с тяжелым течением заболевания. В группе контроля потери жира составили 1,5±0,2 г/сут, при синдроме послеотъемного мультисистемного истощения с тяжелым течением - 2,9 г/сут, что превышало контрольные показатели в два раза. При синдроме послеотъемного мультисистемного истощения с легким течением заболевания потери жира были 1,9±0,2 г/сут. При анализе показателей всасывания белков была выявлена следующая картина: в контрольной группе потери белка составили соответственно 1,2±0,1 г/сут, у свиней больных синдромом послеотъемного мультисистемного истощения с легким клиническим течением 1,6±0,2 г/сут, а при тяжелом клиническом течении заболевания потери белка составили 2,9±0,1 г/сут, что превышало контрольные показатели более чем в два раза.

Таким образом, у свиней больных синдромом послеотъемного мультисистемного истощения выявлены нарушения всасывания основных питательных веществ. Степень нарушения всасывания находится в прямой зависимости от выраженности морфологических изменений и тяжести синдрома послеотъемного мультисистемного истощения. Состояние нутритивного статуса животного зависит от степени морфофункциональных изменений тонкой кишки и тяжести синдрома. Показатели живой массы тела прогрессивно уменьшаются с нарастанием тяжести синдрома послеотъемного мультисистемного истощения и степени изменений в тонкой кишке. Это говорит о потере массы тела и нарастании кахексии. Результаты проведенного исследования показывают, что патологические процессы, происходящие в тонкой кишке, существенно влияют на течение синдрома послеотъемного мультисистемного истощения, так как приводят к сдвигам белково-энергетического обмена, а затем и к развитию кахексии.

У свиней больных синдромом послеотъемного мультисистемного истощения выявлены существенные морфологические изменения в стенке тонкой кишки: 1) значительное увеличение количества коллагеновых и эластических волокон; 2) увеличение расстояния от базальной мембраны до стенки капилляра (рис. 8,9); 3) выраженная атрофия ворсинок слизистой оболочки с резким их утолщением, 4) выраженная инфильтрация кишечника лимфоидной тканью (рис. 10-12); 5) изменений сосудов, дегенерация и некроз эпителиоцитов (рис. 11); гранулематозные изменения в ворсинках (рис. 13).

У значительного процента больных свиней выявляются нарушения габитуса, проявляющиеся, главным образом, в снижении массы тела, которые соответствуют тяжести синдрома послеотъемного мультисистемного истощения и степени морфофункциональных расстройств тонкого кишечника.

Литература.
1. Carrasco L, Segales J, Bautista MJ, et al. Intestinal chlamydial infection concurrent with postweaning multisystemic wasting syndrome in pigs. Vet Rec. - №146. - 2000. - P. 21-23.
2. Kawashima K., Katsuda K. Epidemiological investigation of the prevalence and features of postweaning multisystemic wasting syndrome in Japan. Vet Diagn Invest. - №19. - 2007. - P. 60-68.
3. Rosell C, Segales J, Plana-Duran J, et al. Pathological, immunohistochemical, and in-situ hybridization studies of natural cases of postweaning multisystemic wasting syndrome (PMWS) in pigs. J Comp Pathol. - № 120. - 1999 - P.59-78.
4. Yang J.S., Song D.S. Detection of porcine circovirus type 2 in feces of pigs with or without enteric disease by polymerase chain reaction. Vet Diagn Invest. - №15. - 2003. - P. 369-373.

Summary
Kartashov S.N.: Morphological and functional changes in the small intestine of pigs with postweaning multisystemic wasting syndrome (pmws). The state North-Caucasian research veterinary institute, The Rostov regional veterinary laboratory
Postweaning multisystemic wasting syndrome (PMWS) is an emerging worldwide problem of growing pigs. Intestinal samples were collected for histopathologic examination of hema­toxylin and eosin (HE)-stained sections of small intestine. It is established, that pigs with PMWS had severe morphological changes in a wall of a small intestine. Key words: PMWS, porcine circovirus, PCV-2, intestine